Есть в нашей жизни особый жанр хороших новостей — те, что при ближайшем рассмотрении оказываются новостями так себе. Знаете, как бывает: пообещали премию, а в расчётке она уже за вычетом «корпоративных штрафов за опоздания». Вот примерно та же история случилась с малым бизнесом этим летом. Сверху прозвучало громкое и обнадёживающее «порог НДС заморозим», предприниматели выдохнули — и зря. Потому что, как водится, дьявол спрятался в деталях, а конкретно — в трёх буквах: ПСН.
Давайте разберёмся спокойно, по-человечески, без терминологического тумана. И заодно поймём, почему полтора миллиона человек, которые держат на себе чуть ли не всю розницу и бытовые услуги в стране, имеют полное право чувствовать себя обманутыми.
Что вообще за порог и почему вокруг него столько шума
Сначала на пальцах, для тех, кто не каждый день общается с налоговым кодексом.
НДС — это налог на добавленную стоимость. Грубо говоря, надбавка к цене товара или услуги, которую в конечном счёте оплачивает покупатель, а бизнес лишь собирает её и передаёт государству. Звучит безобидно, но для маленькой компании это не просто «лишний процент в чеке». Это:
• необходимость нанимать или докупать бухгалтерию покруче;
• ведение полноценного учёта с счетами-фактурами, книгами покупок и продаж;
• регулярная отчётность, за ошибки в которой прилетают штрафы;
• и, главное, рост цены для покупателя либо падение собственной прибыли — третьего, увы, не дано.
Раньше малыши были от этого избавлены. Работаешь на спецрежиме, платишь упрощённый налог — и про НДС забываешь, как про страшный сон. Но государство решило подвинуть планку: теперь, если выручка переваливает за определённый порог, плати НДС, будь добр, как большой.
Порог — это и есть та самая черта по годовой выручке. Заработал меньше — живёшь спокойно. Заработал больше — добро пожаловать в клуб плательщиков НДС со всеми вытекающими.
И вот тут начинается самое интересное.
«Заморозили» — но не всем
После того как тему подняли на самом верху на питерском экономическом форуме, в Госдуму внесли законопроект. И на бумаге всё выглядело красиво: порог в 20 миллионов рублей выручки замораживают аж до 2030 года. Три года стабильности — для малого бизнеса это почти роскошь, потому что обычно правила игры у нас меняются чаще, чем погода в межсезонье.
Только вот радость предназначалась не всем. Заморозка коснулась лишь тех, кто сидит на УСН — «упрощёнке».
Поясним и это. УСН (упрощённая система налогообложения) — режим, на котором предприниматель платит налог по простой схеме: либо процент со всех доходов, либо процент с разницы между доходами и расходами. Бухгалтерия попроще, отчётность полегче. На «упрощёнке» сидит огромное количество компаний и ИП.
А вот ПСН (патентная система налогообложения) — это вообще другая песня. Тут предприниматель покупает патент — по сути, фиксированную «лицензию» на конкретный вид деятельности на определённый срок. Заплатил один раз за патент — и работай, не считая каждую копейку дохода в отчётах. Это самый простой, самый «народный» режим. Его выбирают парикмахеры, мастера по ремонту обуви, хозяева маленьких магазинчиков у дома, репетиторы, мастера ногтевого сервиса, владельцы шиномонтажек. Те самые люди, которые работают руками и без армии бухгалтеров.
Так вот для них никакой заморозки не предусмотрено. Наоборот — для них порог будет планомерно снижаться: до 15 миллионов рублей в 2027 году и до 10 миллионов в 2028-м.
Почувствуйте разницу. Одним — стабильные 20 миллионов на три года вперёд. Другим — медленное, но верное затягивание петли. И это при том, что речь, по сути, об одном и том же по масштабу бизнесе.
А в чём, собственно, несправедливость?
А вот в этом и есть вся соль. Представьте двух соседей по торговому центру.
Один держит точку с кофе навынос и сидит на УСН. Второй — рядом, через стенку, продаёт цветы и работает по патенту. Обороты у них примерно одинаковые, оба — маленькие, оба крутятся как могут, оба нанимают по паре сотрудников. Но с 2027 года один из них спокойно работает до 2030-го, а второму уже придётся либо втискиваться в сжимающийся порог, либо платить НДС и поднимать цены.
Чем кофе лучше цветов? Да ничем. Просто люди когда-то выбрали разные налоговые режимы — и из-за этой бюрократической мелочи оказались в принципиально разных условиях.
В Торгово-промышленной палате это прямо назвали асимметрией регулирования — то есть ситуацией, когда к похожим участникам рынка применяют разные правила без внятного основания. Вице-президент ТПП Елена Дыбова сформулировала жёстко: это несправедливо и экономически необоснованно. И с ней трудно спорить. Если уж решили помочь малому бизнесу пережить переходный период — почему помощь достаётся одним и проходит мимо других?
Особенно цинично это выглядит с учётом того, кто именно сидит на патенте. Это не айтишники с миллионными грантами и не сети из двадцати магазинов. Это самые уязвимые — ИП в рознице, бытовых услугах, мелкой торговле. Те, у кого нет ни жирной подушки, ни юридического отдела, ни возможности переждать шторм. По логике их-то и надо было бы защищать в первую очередь. А получилось ровно наоборот.
Куда всё это покатится: предсказуемый сценарий
Тут не нужно быть оракулом, чтобы спрогнозировать последствия. Они, к сожалению, лежат на поверхности — и история нашей экономики их уже не раз проигрывала.
Первое — миграция между режимами. Как только условия на патенте станут хуже, чем на «упрощёнке», люди начнут массово перебегать с ПСН на УСН. Логично? Логично. Только это лишняя суета, бумажная волокита и нервы на ровном месте.
Второе — рост серых схем и дробления. Вот тут самое неприятное. Дробление бизнеса — это когда один реальный бизнес искусственно разбивают на несколько мелких, чтобы каждый «осколок» оставался под порогом и не платил лишних налогов. Формально — три разных ИП. Фактически — один и тот же магазин, просто разведённый по бумагам. И вот что показательно: ещё до вступления нормы в силу заметная часть предпринимателей — каждый пятый, если точнее, около 21% — уже задумывалась о таких манёврах. То есть люди не злодеи, они просто хотят выжить, и когда правила прижимают, начинают искать лазейки. А государство потом будет ловить их и штрафовать. Замкнутый круг, в котором проигрывают все.
Третье — удар по региональным бюджетам. Тут есть тонкость, о которой мало кто думает. Налог с патента целиком уходит в местный бюджет — на тот самый ремонт дорог, благоустройство дворов, освещение и прочие приземлённые радости. А вот НДС — это уже федеральный налог. Получается забавная вещь: чем больше малышей выдавят с патента в плательщики НДС, тем меньше денег останется в родном городе. Регионы фактически сами себе подрубают финансирование. И когда в условном райцентре в очередной раз не хватит денег на освещение улицы, причина может крыться в том числе вот в таких «технических» решениях.
Четвёртое — рост налоговой нагрузки в целом. Масштаб уже виден по сухим цифрам налоговой службы: снижение порога до 20 миллионов «подарило» стране 320 000 новых плательщиков НДС только за первый квартал. Триста двадцать тысяч! Это не абстракция — это сотни тысяч маленьких бизнесов, которым внезапно усложнили жизнь. И каждый из них теперь стоит перед выбором: поднять цены (привет, инфляция и кошелёк потребителя) или урезать собственную прибыль (привет, закрытие через полгода).
А что в это время чувствует обычный покупатель?
Хороший вопрос, потому что про потребителя в таких дискуссиях вспоминают в последнюю очередь. А зря — он-то всё и оплатит.
Логика простая, как табуретка. Когда маленький магазин у дома становится плательщиком НДС, у него ровно два пути. Либо он зашивает налог в цену — и батон хлеба, стрижка или ремонт смартфона дорожают. Либо он съедает налог из своей прибыли — и через какое-то время просто закрывается, потому что работать в ноль никто долго не сможет.
В обоих случаях проигрывает покупатель. В первом — он платит больше. Во втором — он теряет удобную точку рядом с домом и идёт за тем же товаром в крупную сеть, где, может, и подешевле, но зато безлико и без той самой тёти Светы, которая отложит тебе свежий творог.
Малый бизнес — это ведь не только про экономику. Это про ткань повседневной жизни. Про то, что в шаговой доступности есть, где постричься, починить обувь, купить цветы, выпить кофе. Когда таких точек становится меньше, город становится беднее — не в смысле бюджета, а в смысле жизни.
Как с этим живут в других странах
Тут полезно оторваться от своей колокольни и посмотреть, а как вообще принято в мире устроить эту историю с порогом.
Сама по себе идея освобождать малышей от НДС — не российское изобретение. Так делают почти везде, потому что заставлять микробизнес возиться с полноценным НДС-учётом — всё равно что требовать от велосипедиста проходить техосмотр по нормам грузовика. Смысла ноль, а мороки много.
В Великобритании порог регистрации по НДС традиционно один из самых высоких среди развитых экономик — там сознательно держат планку высоко, чтобы мелкие лавочки и самозанятые не тонули в отчётности. Логика прямая: пусть лучше человек спокойно работает и платит подоходный налог, чем закроется под грузом администрирования.
В странах Евросоюза существуют специальные упрощённые схемы для малого бизнеса, и хотя пороги там у каждой страны свои, общий принцип один: чем меньше бизнес — тем меньше с него бюрократического спроса. Более того, в ЕС в последние годы как раз двигались в сторону того, чтобы микрокомпании могли спокойно работать в нескольких странах, не утопая в разных НДС-режимах.
Есть и страны, где порог регистрации намеренно высокий именно для того, чтобы не плодить армию мелких плательщиков, администрировать которых государству дороже, чем собирать с них налог. Это, между прочим, важная мысль: иногда «отпустить малыша» — выгоднее для казны, чем «додавить». Потому что на проверку, обработку отчётности и сопровождение трёхсот тысяч новых плательщиков тоже нужны ресурсы, и далеко не факт, что собранное превысит потраченное.
И вот на этом фоне наша история с патентом смотрится особенно странно. В мире тренд — упрощать жизнь самым маленьким. У нас же конкретно для самых маленьких решили ничего не упрощать, а наоборот — постепенно прижать.
Так что, всё пропало?
Не обязательно. И вот тут есть лучик надежды.
Законопроект — это ещё не закон. У нас впереди второе чтение в Госдуме, а это та стадия, где документы порой меняются до неузнаваемости. Бизнес-сообщество, и ТПП в первую очередь, настаивает на простой и логичной вещи: заморозку нужно распространить и на патент. Раз уж наверху прозвучало поручение помочь малому бизнесу — так почему бы не истолковать его пошире и не помочь всем малышам, а не выборочно?
Аргумент сильный, потому что он бьёт не в эмоции, а в здравый смысл. Дискриминация по налоговому режиму — это не только несправедливо, это ещё и контрпродуктивно: больше серых схем, меньше денег в регионах, нервотрёпка для сотен тысяч людей. Если законодатели прислушаются и расширят заморозку на ПСН, выиграют буквально все — и предприниматели, и покупатели, и те самые местные бюджеты.
Если же нет — что ж, мы получим очередной наглядный учебник на тему «как из хорошей идеи сделать половинчатое решение». А полтора миллиона человек на патенте останутся с ощущением, что про них в очередной раз вспомнили в последнюю очередь.
Вместо вывода: дьявол в трёх буквах
Мораль всей этой истории грустно-ироничная. Заморозка порога НДС — вещь по сути правильная и нужная. Но сделана она так, что одна рука помогает, а другая в это время тихонько прикручивает кран для самых беззащитных. И весь вопрос теперь в том, хватит ли у законодателей воли и логики довести начатое до ума ко второму чтению.
Пока остаётся следить, спорить и надеяться, что справедливость — это не только для тех, кто выбрал «правильный» налоговый режим. А мы за этим сюжетом, конечно, проследим и расскажем, чем всё закончится.
Чтобы не пропустить продолжение этой истории и первыми узнавать обо всех изменениях в законах, налогах и правилах игры для бизнеса — подписывайтесь на наши площадки:
• Telegram: https://t.me/kassa_tv
• ВКонтакте: https://vk.com/kassatv